nandzed (nandzed) wrote,
nandzed
nandzed

Categories:

Отношения учителя и ученика и поведение



Вообще, обеты рождаются из понимания практики. А понимание, в свою очередь, рождается от посвящения, передачи и наставлений. Но не исключено, что нам не удастся получить всё это у одного и того же учителя; что ж, тогда наставлений придётся искать у кого-то ещё!

Овладев практикой достаточно хорошо, чтобы на концептуальном уровне в ней не оставалось для нас никаких неясностей, мы будем готовы сделать по ней ретрит. А до тех пор пока мы с ней не настолько знакомы, полноценный ретрит у нас не получится. И вопрос здесь отнюдь не в количестве прочитанных нами мантр; мы должны также понимать смысл учения, которое практикуем, его предысторию и символизм. Поэтому не спешите гордиться своим стажем практики и объёмом начитанного! Самое важное для нас – это получить передачу, посвящение и наставления; и вот к этому нужно подходить как можно более основательно. Говорится, что когда кто-нибудь, не разобравшись толком в наставлениях, уходит в долгий ретрит, то он уподобляется при этом человеку, который лезет на гору, будучи хром.

Зная базовые положения буддизма, можно разобраться даже в довольно тайных практиках – а с ними-то нам как раз и придётся иметь дело. Но если мы поймём суть Ваджраяны, то таким образом мы поймём весь буддизм, всю его полноту. Понимаете, нельзя войти в Ваджраяну, ничего при этом не зная о Махаяне, – так не бывает. Я несколько раз держал в руках книги, где учеников предостерегали от Ваджраяны; однако там почему-то ни словом не упоминались её достоинства. Совершенно бестолковое занятие – объяснять людям, что пока они не овладеют основами, им опасно практиковать тантру. Рациональное зерно в этом утверждении, безусловно есть; но оно, как правило, безжалостно вырывается из контекста и никакой пользы слушателям не приносит.

Чем рассуждать об опасностях, которые таит в себе практика тантры, лучше ознакомиться с теми требованиями, которые Ваджраяна предъявляет к ученикам, а потом подумать, получится ли этим требованиям соответствовать. Три колесницы – это не стадии обучения, которые непременно нужно проходить последовательно. Будь это верным, Будда велел бы царю Индрабхути – первому человеку, получившему посвящение Гухьясамаджи, – начать с практики отречения: то есть отказаться от трона и оставить дворец. Но Будда не стал этого требовать. Прося об учении, Индрабхути сказал: «Я верю, что твоё учение достаточно гибко, чтобы те, кто, подобно мне самому, обременён великой мирской ответственностью, также могли его практиковать». И Будда действительно понимал, что люди очень отличаются друг от друга по своим способностям и склонностям, а также по тем ситуациям, в которых они находятся. О Ваджраяне, например, говорится, что она предназначена не для «среднего человека», а для тех, кто либо крайне бестолков и неопытен, либо чувствует себя слишком умным, чтобы заниматься азами. Вообще, люди редко бывают «совершенно обычными»; как правило, у человека всегда можно найти множество качеств, по которым он либо в одну, либо в другую сторону сильно отличается от средней величины. Все мы разные; а поскольку практика должна находиться в гармонии с нами, то и различных медитационных божеств также существует великое множество.

А теперь попробуем всё это подытожить. Итак, сначала ученика вводят в мандалу; потом ему передают практику. Если он каждый день делает эту практику, то может с гордостью заявить, что учитель является для него Гуру. И линия может быть спокойна за такого ученика – уж он-то её не подведёт. А если ученик игнорирует практику, то ни о какой связи с учителем в этом случае говорить невозможно – эта связь с самого начала оказывается оборванной. Но поддерживая практику, мы не только поддерживаем связь с учителем; мы также получаем возможность отплатить за ту доброту, которая была проявлена к нам нашим непосредственным учителем и всей линией в целом. Ведь на самом деле нет лучшего вознаграждения для учителя, чем когда его ученик просто продолжает практиковать!

Говорится, что существует три типа учеников. Те ученики, которые обеспечивают учителя материально и заботятся о нём на физическом уровне, относятся к низшему типу – потому что так может делать любой человек. Ученики, от которых мало толку в мирских делах и которые не стремятся помогать учителю, но просто тихо делают свою практику, принадлежат к типу посредственных. А лучшие ученики – это те, которые следуют практике так совершенно, как будто их понимание простирается далеко за пределы объяснённого учителем. Они знают обо всех нюансах. Все указания и пожелания своего учителя они выполняют в точности. Большая радость для Гуру – иметь при себе такого ученика. Вы знаете, бывает что учитель проверяет, насколько щедрым по отношению к нему готов быть его ученик; но сами по себе подношения ученика и его жертвы не приносят радости ни Гуру, ни Буддам – это лишь способ испытания приверженности. Если человек готов отказаться от нескольких материальных вещей ради следования пути, то это означает, что у него присутствует определённая решимость. Вообще, говорится, что на начальном этапе развития отношений между учителем и учеником о качестве этих отношений очень многое говорит то, насколько эти люди щедры друг с другом. Уделяя ученику много времени и энергии, учитель становится близким для него человеком. И тогда ученику действительно будет приятнее отдать какую-то вещь учителю, чем оставить её себе. И речь здесь идёт не о том, чтобы ущемить себя в чём-то. Речь о идёт том, чтобы со своей стороны тоже как-то вкладываться в отношения. А когда отношения между двумя людьми полезны для них обоих, то не исключено, что они могут оказаться полезны для кого-то ещё!

Зачастую мы мыслим свои отношения с другим человеком как что-то, что никого, кроме нас двоих, не касается; но в действительности отношения – это отнюдь не изолированный процесс, и сфера их влияния на окружающую действительность может простираться весьма далеко. Осознав эту истину, мы начинаем очень бережно заботиться о своих отношениях и применять массу средств и уловок для того, чтобы они не рушились; и силы у нас как-то на это находятся, и мудрость откуда-то возникает, и терпения вдруг начинает хватать!

Сенситивность – то есть понимание того, какое воздействие наше поведение оказывает на других, – это очень важное качество. Учитывая чужие интересы при выборе собственной линии поведения, мы не подавляем свою энергию – мы трансформируем её; причём трансформируем внутри ситуации, а не постфактум. И я вовсе не говорю, что мы должны быть необычайно вежливыми и уступчивыми; или что мы должны неукоснительно следовать в своём поведении каким-нибудь правилам. Нет, тут нам понадобится умение мыслить логически. Мы должны спросить себя: «Какой толк от того, что я веду себя таким образом? Нужен ли этот поступок моему учителю? Приносит ли он пользу мне? Может, от него станет лучше кому-то другому?» И если на все эти вопросы мы вынуждены были ответить отрицательно, стоит крепко задуматься над тем, почему же мы всё-таки так себя повели. Осуществляя такой анализ, мы не подавляем свои переживания – мы превосходим их. А вот если мы чего-то не делаем исключительно потому, что боимся осуждения или непопулярности, то тогда мы действительно лишь без толку давим свои чувства. Но со временем не нашедшие выхода чувства накапливаются, и в итоге происходит эмоциональный взрыв. Так что разбираться со своими чувствами надо вовремя. Их анализ – отнюдь не то, что можно откладывать в долгий ящик. (Между прочим, размышления типа: «Пожалуй, этого сейчас лучше не говорить; но, может быть, я скажу ему это чуть позже?» – никакого отношения к обсуждаемому нами анализу не имеют; а что касается тех слов, то их, наверное, лучше не говорить совсем.) Начиная рефлексировать свои действия в таком ключе, мы обретаем меч мудрости. И если раньше, выражаясь метафорически, мы общипывали верхушки, то теперь мы можем пресечь всё растение на корню. Когда по ученику становится заметно, что он таким образом себя отслеживает, значит он делает успехи. Вообще, ученик – это не просто человек, делающий какую-то формальную практику, сколько-то страниц прочитывающий ежедневно и что-то при этом визуализирующий; это человек, который во всякую неблагоприятную жизненную ситуацию привносит своё ученичество. Он постоянно спрашивает себя: «Что мне как ученику следует с этим делать? Раньше я реагировал на такие вещи не лучшим образом; но теперь, когда я ученик, не могу ли я поступить в этой ситуации как-то иначе?» И вот мы уже не с такой готовностью опускаем руки, когда сталкиваемся с препятствиями. «Обстоятельства переменчивы, – думаем мы вместо этого. – Так что нельзя ли тут их как-нибудь изменить?»

Сейчас расскажу одну притчу. Как-то люди наняли трёх дровосеков, чтобы те свалили им дерево. Но дерево оказалось слишком массивным, и топоры, которые были у дровосеков, не могли его взять. Поскольку они не знали, как поступать в таких случаях, то сели и стали обсуждать стоящую перед ними задачу. Один из них предложил сначала срубить все ветви. Он сказал, что от этого дерево станет легче, и, кроме того, оно уже не будет казаться таким огромным. Другой настаивал, что дерево всё-таки можно перерубить; нужно только наносить удары у самого основания, где ствол переходит в корни. А третий воскликнул: «Нет! Нужно откопать корни этого дерева и полить их ядом. Через некоторое время оно засохнет и рухнет наземь само!»

Когда человек не знает механизма решения, то он все средства может перепробовать, и всё равно не добиться успеха. Шантидэва говорил: «В отсутствие мудрости, отсекающей привязанность к «я», плод практик даяния, нравственности и прочего будет лишь временным, преходящим». Чтобы удержать достигнутое, нам нужна мудрость. Мы должны осознать бессамостность, пустоту своего «я». Люди интеллектуального склада обычно подходят к этому через логический анализ – и существует довольно много трактатов, написанных в таком ключе. А колесница тантры позволяет постичь пустоту путём чтения определённых мантр и молитв. Опираясь на силу собственной веры, силу молитв и мантр, а также на силу благословений, мы пытаемся отойти от привычного образа и увидеть себя по-иному.

Наша цель – научиться осознавать себя как источник всех возникающих впечатлений. Зная, что восприятие определяет переживания, мы ставим вопрос уже не о смене своего окружения, а об изменении своего восприятия. Когда наше восприятие ригидно, с ним сложно что-либо сделать – а значит, и повлиять на переживания тоже сложно. С другой стороны, если восприятие может варьироваться достаточно гибко, и мы не слишком привязаны к самим себе, то наша собственная точка зрения становится для нас просто ориентиром, который сам по себе ни к чему не обязывает. Да, мы можем отталкиваться от него; но при этом мы помним: он лишь начало чего-то, а конец может быть совершенно иным. Обычно мы исходим из своего эго и к нему же хотим прийти. Но с другой стороны, если мы начинаем в одном месте, а заканчиваем в каком-то другом, значит идёт некий прогресс; значит мы проявляем гибкость; значит мы ищем и учимся. Вообще, когда человек отправляется в поиск, то этот поиск может привести его куда угодно. Если, например, человек занят научными изысканиями, то вполне вероятно, что они потребуют от него совершения путешествий в весьма отдалённые области. И хотя мы ищем не научного знания, а духовного, то же относится к нам.

Лама Чодак Ютог
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments