nandzed (nandzed) wrote,
nandzed
nandzed

К годовщине великого учителя дзогчен

Ньёшул Лунгток Тенпе Ньима — Энциклопедия Дхармы

Биография из "A Marvelous Garland of Rare Gems"
Нюшул Лунгток Тенпай Нима Гьялцен Палзангпо (Гьялсе Джангчуб Дордже) (1829/30 – 1901/2)

Это великое существо, владыка Дхармы, был одним из четырех учеников Патрула Ринпоче, которые превзошли своего учителя. Патрул Ринпоче однажды сказал: «Что касается воззрения, Нюшул Лунгток Тенпай Нима превзошел меня». Он был подобен ясной, белой луне среди плеяды учеников Патрула Ринпоче, мастер окончательной линии реализации, наделенный девятью качествами святого: он был мудр, благожелателен, могущественен, образован, почтен, благороден и т.д. В устных преданиях области Джува верхнего Дза говорится: «Если бы не было Лунгтока из Нюшула, линия Палге вымерла бы». Палчен Дордже даровал нам окончательную биографию этого мастера, когда написал:

Узлы восьми мирских забот развязались в состоянии равного вкуса.
Узоры обыденного сознания растворились в основном пространстве изначальной чистоты.
Ты непосредственно пережил способ бытия, который является великим совершенством.
Лунгток Тенпай Нима, тебе я молюсь.


Лунгток Тенпай Нима родился во время четырнадцатого шестидесяти-годичного цикла тибетского календаря во время властвования великого буддийского правителя Дерге в восточном Тибете в той же самой линии, что и Ваджрадхара Нгаги Вангпо, т.е. семье Нюшул, кочующей ветви клана Мукподонг. С раннего возраста Лунгток спонтанно проявлял признаки от природы святого существа, демонстрируя врожденное обладание любовью, состраданием и бодхичиттой. Он совершенствовал эти качества, повторяя мантру Авалокитешвары, возвышенного бодхисатвы высшего сострадания, в качестве своей духовной практики.

Он изучал учения Дзогчен с Гьялва Джанчубом из верхнего Ла, который передал ему наставления прямого ознакомления для обладающего мгновенным пониманием и провозгласил его эманацией в высшей степени сострадательного Авалокитешвары. Затем Лунгток поднес свою реализацию для подтверждения Ламе Гарабу из Йилхунга, который сказал ему: «Мы двое равносильная пара». Позднее Лунгток Тенпай Нима отправился в монастырь Дзогчен, где он встретил Гьялсе Шенпен Тхае. От обоих, этого мастера и Кенпо Пема Дордже, Лунгток получил весь спектр посвящений и учений, таких как драгоценная передача кама школы Ранних Переводов. Он также был полностью посвящен как монах Гьялсе Шенпеном Тхае. Именно тогда он получил имя Лунгток Тенпай Нима. Патрул Ринпоче заметил по этому поводу: «Это слишком коротко для имени, даваемого во время посвящения, ты должен заканчивать его при помощи ‘Гьялцен Палзангпо’».

Получивший новое имя Лунгток Тенпай Нима Гьялцен Палзангпо, ваджрный держатель, который являлся также полностью посвященным монахом, был подобен твердой горе золота, не запятнанной даже малейшим недостатком повреждения или ослабления своих обетов. Терчен Лераб Лингпа (Согьял) восхвалял его, объявив его инкарнацией великого индийского мастера Шантаракшиты.

Лунгток получил устную передачу Кангьюра от Лингтрула. С Мингьюром Намкаем Дордже он изучал множество глубоких учений таких, как Благой Путь к Овобождению: Окончательный Смысл, Сердечная Капля Тайны Дакини и Указание Ваджрного Пути – текст, касающийся тайного поведения из цикла Сокровенное Сердечное Тигле Дакини. Для Лунгтока Патрул Ринпоче был выдающимся владыкой его будда–семейства, гуру, с которым он разделял кармическую связь в течение многих жизней. Когда Лунгток впервые встретил его, Патрул читал вслух "Повторение Имен Манджушри" и дошел до строки, в которой говорится: «Наиболее превосходный гуру, достойный выражения почтения…». Патрул заметил: «Это чрезвычайно благоприятное совпадение», - и повторил строку вслух, выражая свое удовольствие. Подобно отцу, воссоединившемуся со своим сыном, Патрул Ринпоче заботился о Лунгтоке с любящей добротой. С тех пор и в течение последующих двадцати восьми лет своей жизни Лунгток Тенпай Нима служил Патрулу как его помощник, нераздельный со своим мастером. Не было ни единого слова, из того, что говорил гуру относительно сутр, тантр или мирского, которого бы не слышал Лунгток. Считается, что он и Кунсо из Миньяка получали учение Патрула Ринпоче по Вступлению на Путь Бодхисаттвы восемьдесят раз. Кунсо составил, в соответствии с принятыми методами толкования, важнейший комментарий, состоящий более чем из семи сотен листов, на Вступление на Путь Бодхисаттвы, что является редкостью в обоих буддийских традициях – индийской и тибетской.

Возвышенный мастер Лунгток основал свою духовную практику на Вступлении на Путь Бодхисаттвы и на бодхичитте. Он выучил наизусть такие тексты, как Высший Континуум, Украшение Сутр и коренной текст Сердечная Сущность Тайн с его комментариями. Этими и другими способами он овладел всей совокупностью главных направлений традиций сутры и тантры. Когда мастер Патрул и ученик Лунгток находились в области Арик в До, Лунгток получил передачу Трех Циклов Пребывания в Расслаблении. Когда они подошли к циклу Расслабление в Иллюзорности, он отметил: «Кажущаяся истинность, которой я наделял свое восприятие, теперь восстает в моем переживании как нереальная фантасмагория иллюзии». В то время, оба – мастер и ученик имели проблемы с провизией, поэтому в течение длительного времени они плохо питались, выкапывая корни кустарника, называемого суркар. Они варили из них чай каждое утро, и затем заново вымачивали корни в течение дня, из-за чего чай становился все слабее и слабее, до тех пор, пока вечером он не превращался в чистую воду. В шутку дорогой старый Абу говорил: «Это чай Дзогчен трех кай».

Однажды, когда они находились в месте отшельничества в Чангма, Патрул Ринпоче спросил: «Мой дорогой Лунгток, ты когда-нибудь думаешь о своей старой матушке»?
«Я особо не думаю о ней», - ответил Лунгток.
«В течение семи дней медитируй на понимании того, что она твоя мать, осознавая ее доброту к тебе», - сказал Патрул.
Лунгток выполнил это, и такое постижение родилось в его сердце неподдельным образом. Он сказал своему гуру, что страстно желает повидать свою старую матушку.
Патрул Ринпоче ответил: «Я говорил тебе не полагаться на запятнанные подношения пищи, которые являются моральным компромиссом, однако этот, единственный раз, принимай всю еду, которую ты сможешь достать».
Так, Лунгток отправился от реки Дзачу в Йилхунг, где он встретился со своей старой матерью. Позднее он сказал: «Когда я намеренно гонюсь за такими загрязненными подношениями, я ничего не нахожу, однако, когда я не нуждаюсь в них, кажется, они продолжают накапливаться».

Когда ученик и учитель были снова вместе, находясь в маленькой чаще, поблизости монастыря Дзогчен, каждый вечер дорогой старый Абу практиковал упражнение, известное как «тройное пространство», которое включает в себя вытягивание тела в полный рост. Каждую ночь Лунгток видел во сне моток черной пряжи, которую он приберегал. Затем одной ночью ему приснилось, что дорогой старый Абу размотал моток, потянув за один конец, и тем самым обнаружил спрятанную внутри золотую статую Ваджрасаттвы. Во сне Лунгток подумал про себя: «Я знал раньше, что она была там, однако не собирался вызывать столько волнений»!

Другой раз, ночью, дорогой старый Абу спросил: «Скажи мне, дорогой Лунг, говорил ли ты, что знаешь как медитировать?»

«Нет, я не знаю как», - ответил тот.

«Хорошо, тогда вытянись на земле точно также, как я, и не будет ничего, что ты не смог бы понять, - сказал Патрул. - Видишь ли ты небесный свод? Слышишь ли ты собак, лающих в монастыре Дзогчен? Понимаешь ли ты то, что мы говорим, когда мы произносим это? То, что мы называем медитацией, не больше это».

Услышав это, Лунгток был освобожден из уз определения вещей как то или это. В нем родилась убежденность, и он постиг изначальное осознавание, обнаженный союз осознавания и пустоты. Если бы кто-нибудь попробовал бы проанализировать такое переживание, после того, как оно случилось, то ему показалось бы просто что-то вроде: «Оба, зрительное и слуховое сознание осознанны». Однако Лунгток заметил: «Сказано, что для тех, в чье сердце посеяны сущностные наставления гуру, это подобно сокровищу, находящемуся у них на ладони. Это означает, что я встретил гуру, который является сиддхой и что просветленное намерение окончательной линии было передано в мое сердце. Это также показывает, что ключевым моментом этой линии является обретение освобождения благодаря преданности».

В то время, как Лунгток практиковался в слоге Хум (согласно объяснениям в Изначальном Осознавании как Руководящем Принципе, или Лама Еше) в пещере Шиндже Друбпуг, он воспринимал мир проявленного и существующего беспрепятственным способом. Он сказал: «Палчен Дордже пришел ко мне, притворившись теленком, он нес колышек в своем рту, к которому крепилась его привязь, и это принесло мне действительное постижение».

В этом месте Лунгток получил от Патрула передачу Сокровищницы Основного Пространства Явлений, Сердечную Сущность Тайн и многие другие глубокие учения всей сферы сущностных наставлений, касающихся окончательного смысла тантр – ключевых моментов стадий зарождения и завершения в подходе Ваджраяны. Он получил это не только в качестве изобилия слов, но как действительно значимые сущностные наставления, которые незамедлительно применял в своих собственных переживаниях.

Вкратце Патрул уполномочил Лунгтока как своего регента в окончательном смысле, т.е. как обладающего реализацией, даровав ему весь спектр тантр, комментариев, сущностных наставлений тайных учений Ньингтиг предельной ясности, а также все письменные труды Всеведущего Лонгченпы и его духовного наследника – Джигме Лингпы, включая Семь Сокровищниц, Четыре Высших Собрания Сердечного Тигле, Три Цикла Пребывания в Расслаблении, Изначальное Осознавание как Руководящий Принцип (Лама Еше). Дорогой старый Абу завещал своему ученику собственную копию Семи Сокровищниц и Лама Еше, с пометками красными чернилами, выполненными на полях. Сегодня эти книги выставлены на показ в библиотеке Шугушара.

Однажды дорогой старый Абу сказал: «Отправляйся в место уединения на ледник Дзогчен и медитируй»! Последовав указаниям своего гуру, Лунгток провел три года на верхнем леднике над монастырем Дзогчен, практикуя сердечную сущность, положившись на неконцептуальное пространство как свою поддержку. Он был удостоен видениями обширного скопления его личных медитативных божеств. Он непосредственно пережил великое совершенство предельной светимости, просветленное намерение дхармакаи – беспристрастное восприятие естественных проявлений осознавания, и он довел до совершенства четыре видения спонтанного присутствия.

Спустя три года Лунгток встретился со своим гуру, который спросил его: «Встретился ли ты с трудностями?»

Он ответил: «Хотя у меня не было никакой поддержки, я был счастлив от мысли, что я находился там благодаря твоему желанию и ради долгой жизни Мингьюра Намкая Дордже».

Чрезвычайно довольный Патрул Ринпоче заметил: «Когда кто-нибудь говорит, что, если практикующий не повреждает самаи, то мирские божества и демоны обеспечивают поддержку, они имеют в виду подобных тебе».

Однажды, когда Лунгток Тенпай Нима шел пятый десяток, Патрул Ринпоче сказал ему: «Мой дорогой Лунг, пришло время появиться эманации мастера Вималамитры, однако, кажется, что я его не застану. Однако ты встретишь его. Теперь отправляйся домой, живи в уединении, и приглядывай за своими последователями». Так Лунгток вернулся в свою родную долину Нюшул. В горных и лесных местах уединения таких, как Дзонг Карнак и месте уединения Гьядук, в компании одних лишь птиц и диких животных, положившись в качестве поддержки на неконцептуальное пространство и укутавшись в одежду из тумана и облаков, он жил в пещерах, пустых лесах и т.д. Он бродил вокруг случайных, необитаемых мест, где он вздымал знамя победы своей духовной практики. Следуя примеру достопочтимого Миларепы, он практиковал, сосредоточившись на сердечной сущности учений.

Затем он отправился встретиться с Джамьянгом Кхьенце Вангпо, от которого он получил множество глубоких учений таких, как Четыре Высших Собрания Сердечного Тигле. После этого Кхьенце Вангпо дал ему тханку Всеведущего Лонгченпы, кусочек черепа этого мастера, немного волос Джигме Лингпы, утвердив его мастером тайных учений Ньингтиг. Он признал Лунгтока как тулку сразу двоих: тайного йогина, известного как «безумец из Конгпо», и Дже-она Кундрола Намгьяла. Позднее, в то время, когда он использовал эту тханку в своей духовной практике, у Лунгтока было видение Всеведущего, и реализация окончательной линии просветленного намерения перешла к нему. В монастырской резиденции Джамьянга Кхьенце Вангпо таким учителям как Гоца Лама Тенпель, Джамьянг Лотер Вангпо и Джамгон Мипам Ринпоче, Лунгток поднес наставления по Лама Еше, украшенное устными комментариями, которые были переданы ему дорогим старым Абу. Лотер Вангпо, соответственно, дал передачу Джамьянгу Чоки Лодро, который чрезвычайно высоко ценил эту «великую опытную передачу сущностных наставлений». Это описывает следующее упоминание, касающееся духовного развития Чоки Лодро:

От Джамьянга Лотер Вангпо,
Ты запросил передачу опыта учений Ньингтиг,
Сущностных наставлений Лунгток Тенпай Нима.
Лотер Вангпо сам занимался этой практикой и составил учебное руководство, основанное на устной традиции, в котором он обсуждает его личный опыт, ведущий к видению «обогащения медитативного опыта».

После того, как ушел Гьялсе Шенпен Тае, Джамгон Мипам постоянно восхвалял Лунгтока Тенпай Нима, говоря: «Тем, кто обладает великим пониманием школы Ньингма является Лунгток из Нюшула». В более поздние годы Лунгток написал много эссе, отвечающих на вопросы относительно учений Ньингтиг и Лама Еше. В монастыре Каток Дорджеден он делал обходы великого храма, содержащего сотни тысяч статуй. В пещере, известной как Джангсем Пуг, которую никто не посещает, за исключением диких зверей и охотников, он провел три года, практикуя йогу неконцептуального пространства. Хотя он испытывал множество беспокойств, подобных галлюцинациям, в которых он видел тигра, прячущегося в траве куша, все они разрешились сами по себе, а люди даже и не знали, что гуру находился в том месте.

Затем Лунгток Тенпай Нима еще раз отправился домой в Шугушар, проведя там следующие тринадцать лет, будучи вовлеченным в духовную практику, основанную на Вступлении на Путь Бодхисаттвы и Трех Циклах Пребывания в Расслаблении. Он провел обязательные интенсивные ретриты, связанные с передачей кама школы Ньингма, и присущая убежденность, которую он обрел благодаря своей практике стадий зарождения и завершения, стала полностью очевидна. Например, его ритуальный кинжал – пурба сам собой затанцевал вокруг.

Следуя инструкциям своего гуру, он учил бесчисленных удачливых учеников всему спектру тайных и глубоких учений Ньингтиг предельной ясности. Когда бы он ни учил Дхарме, люди обнаруживали себя естественным образом установившимися в состоянии медитативной стабильности. Он был приглашен в лагерь Ньял Пема Дудула и там он учил собрание реализованных, благородных учеников. Наиболее выдающимися среди них были его ученики, высокореализованные йогины, известные как «сотня и более, называемых Дордже», которые включали в себя Ньяла Ранг-риг Дордже, Ньяла Еше Дордже, Ньяла Озер Дордже, Ньяла Мелонг Дордже и Гараба Дордже. Он оставался там девять лет, вращая колесо дхармы для многих тысяч учеников Друбдже Пема Дудула, которые собрались там, а также тех, кто жил в окружающих районах Пелца, Кулунг, Шинглунг и Дракар. Он раздавал все, чем владел, семь раз.

Он говорил: «Настоящий практик Ньингма должен следовать направлению передач кама, украшая их учениями терма». Он давал обширные и глубокие учения, такие как циклы Ньингтиг подхода Дзогчен, тем временем фокусируясь на линиях кама школы Ранних Переводов.

Когда ему шел седьмой десяток, Лунгток Тенпай Нима вернулся домой, где он обосновался в большом лагере, состоящем из сотен палаток, на вершине Пема Рито в области Тром. Там он вращал колесо тайных учений Ньингтиг подхода Дзогчен, придавая особое значение работам Всеведущего Лонгченпы и его духовного наследника Джигме Лингпы, заботясь о бесчисленных удачливых учениках. Каждый уголок области стал частью большого гобелена духовной энергии, до такой степени, что там не было ни одного человека, который бы не знал о Трех Драгоценностях и о трех духовных аспектах: приготовления, основной части и заключения духовной практики. Именно там Лунгток Тенпай Нима взял под свою опеку Кхенчена Нгаванга Палзанга – эманацию Вималамитры, вверив ему все тантры, комментарии и сущностные наставления тайных учений Ньингтиг подхода Дзогчен и установил его как своего регента.

Все жидкости, которые выделялись из его тела, естественным образом кристаллизуясь, образовывали «камни Ваджрасаттвы», известные как «кристаллические жидкости Лунгтока», некоторые из них до сих пор можно увидеть. Где бы он ни находился, он никогда не отклонялся от ежедневного расписания медитативной практики, состоящей из четырех сессий. Когда люди впервые прибывали в его лагерь, они замечали, что их обыденное заблуждающееся восприятие останавливалось, и вместо него они испытывали естественное состояние медитативной стабильности. Даже птицы и дикие животные были спокойны и грациозны, когда они порхали и прыгали вокруг. Напротив лагеря протекала большая река, называемая Йиле. Пару миль ниже лагеря вода текла настолько тихо, что не она производила никакого звука. Местные жители говорили, что даже вода, приходящая из лагеря Лунгток Нюшула, молчаливо медитировала.

Пятый Дзогчен Ринпоче, Тубтен Чокьи Дордже, сказал Лунгтоку: «После ухода владыки дхармы Патрула во всем восточном Тибете только ты один безошибочно демонстрируешь ключевые моменты подхода Дзогчен, поэтому, пожалуйста, приходи в монастырь Дзогчен». Несмотря на такое почтение, Лунгток никогда так и не отправился туда, заметив: «Патрул Ринпоче сказал мне оставаться в уединении в моей родной области, там, где я встречу эманацию мастера Вималамитры. Поскольку таково было желание моего гуру, я останусь здесь».

Он установил обычай передачи учений Ньингтиг каждое лето и зиму, привлекая бесчисленных людей с удачливой кармой со всего восточного Тибета, из таких удаленных мест, как Голок и Сертанг на севере и Цаваронг на юге. Среди этих учеников было много тулку и великих существ высокого социального положения и обладающих возвышенными духовными качествами, таких столпов учения как Сонам Чокдруб из Нактара и Кхенчен Нгаванг Палсанг, который был эманацией Вималамитры, вместе с другими ламами и мастерами, монахами, мирянами, великими практиками медитации, а также простыми людьми. Всем им Лунгток Тенпай Нима давал учения, которые он варьировал в соответствии с личными нуждами каждого. Учения Лунгтока были известны тем, что они не были ни чересчур интеллектуальными, ни чрезвычайно многословными. Вместо этого он прямо и без замешательства приводил своих учеников к ключевому моменту в свете личного непосредственного опыта. Благодаря личному опыту и стилю обучения он давал живую передачу великой устной линии сущностных наставлений. Таким образом все его ученики обрели подлинный уровень убежденности в их собственном опыте и реализации. Люди часто говорили: «Нет никого, кто бы запросил учения Дзогчен от Лунгтока из Нюшула и не испытал бы прямого ознакомления с истинной природой ума». И это действительно было так.

Люди той области отказывались от ритуалов, использовавших кровавые жертвы, от охоты на диких животных, воровства и бандитизма, и всех видов пагубных деяний, заключающих в себе убийство. Они высекали на камнях мантру Ом мани падме хум, три популярных проповеди Будды (включая сутры Счастливый Эон и Святой Золотой Свет), сутру Урна, которая касалась Авалокитешвары и другие тексты. Многие сделали обещание прочитать шестислоговую мантру Ом мани падме хум и Ом а хум ваджра гуру падма сиддхи хум сто миллионов раз. Каждый мужчина и каждая женщина, даже самые скромные домохозяева, обратились к Дхарме, оказывая благотворное влияние на всю область. Куда бы не направлялся Лунгток Тенпай Нима, просто обратив свое внимание на ситуацию, он мог обратить и усмирить вред, причиненный заморозками, градом или эпидемиями среди людей или домашнего скота.

Так он жил до возраста семидесяти двух лет, защитник всех учений и всех существ, проявляя бесподобные духовные активности и, подобно драгоценности, исполняющей желания, искусно встречал нужды отдельных учеников. Когда он проявил признаки болезни, были исполнены ритуалы для продления его жизни. Он сказал на это: «От этого не будет пользы, однако я приготовился переместить свое сознание в чистый труп, если такой будет найден». В силу обстоятельств, однако, такой не был найден и на рассвете семнадцатого дня пятого месяца, он сказал следующие слова в качестве завещания:

Быть погруженным в подлинное, освобожденное существование – подобно восходу солнца на рассвете.
Это видение дхармакаи, как оно чудесно!

Затем, в определенный момент, он позволил своему просветленному намерению быть обратно растворенным в изначальном состоянии внутреннего основного пространства. Он не оставил после себя никаких владений, за исключением маленькой сумки с жареной мукой, что было доказательством того, что он следовал четырем критериям простой жизни, которой придерживались мастера Кадампы. Когда его останки покоились в открытом виде, небо стало подобно сияющему аквамарину, усыпанному радугами, мерцающими на его фоне. Во всей области пошел тихий дождь, смешанный с цветами. Все присутствующие слышали музыку, пение и другие звуки, показывающие, что божества, которые поддерживают все благое, делают подношения. Появились бесчисленные рингсел, непроницаемые для элементов, благодаря чему многие утвердились в своей вере.

Непосредственным перерождением Лунгтока Тенпай Нима был Лунгтрул Лодро Шедруб Тенпай Нима, узнанный Кхенченом Нгаванг Палзангом. Я и другие обладали удачей видеть этого учителя в качестве владыки нашего будда-семейства, Ваджрадары, который восседал в монастырской резиденции Лунгток Тенпай Нима.

Среди учеников Лунгток Тенпай Нима были два великих тертона: Лераб Лингпа (Согьял) и Тутоб Лингпа, которые были подобны солнцу и луне. Было четыре великих кенпо, которые были подобны золотым горам: Кхенчен Нгаванг Палзанг, Кхенчен Дордже Самдруб, Кхенчен Гьялцен Озер и Кхенчен Тенпель Зангпо. Было четыре возвышенных тулку: Сердок Тулку, Нактар Тулку, Тулку Рангриг Дордже и Тулку Тендзин Зангпо. Были и другие святые мастера, которые поддерживали эту линию и которые добились больших свершений ради драгоценных учений Победителя, включая Лингда Норкхо, ремесленника Лхазо Ригдзина, Ламу Пема Лоселя из Докхока и Пема Дордже из Пелца. Самым выдающимся среди этих учеников был Ваджрадара Нгаги Вангпо, мастер окончательной линии внутренней реализации и эманация Вималамитры, предсказанный Патрулом Ринпоче.

Чтобы сохранить его останки, ближайшие ученики Лунгтока Тенпай Нима построили памятник из камней и земли. Как благоприятный знак окончания его постройки, небеса наполнились мерцающими радугами и все видели нечеловеческих существ, обходящих памятник по кругу. Напротив мемориала Кхен Лама Нгаванг Палзанг произнес следующую молитву:

Великий и славный Ваджракумара!
Я был связан с тобой в течение тринадцати жизней.
Ты направлял всех связанных с тобой,
независимо с плохой или хорошей кармой, во дворец Пема О.


Каждый ученик, обладавший свойственной ему кармой, воспринимал множество манифестаций просветленных формы и речи Лунгтока Тенпай Нима, поэтому, обладающие связью с ним нашли ее крайне значимой.

САРВА МАНГАЛАМ!
Subscribe

  • :)))

    Примечательная история произошла с испанской писательницей Кармен Мола. которая пишет интересные исторические детективы. Она преподаёт в…

  • Спонтанная песнь Дакини, взывающая к сердцу Арья Тары

    Созидательная игра мудрости. Спонтанная песнь Дакини, взывающая к сердцу Арья Тары В ясном зеркале чистых просторов подобия звёзд Совершенны в…

  • Указание на природу вещей))

    Каменный чанбу Тулку Сангье Линпы, хранящийся в Монастыре Горы с Шестью Вершинами, Кхьюнпо, Тибет Сангье Линпа был воплощением великого бонского…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments