nandzed (nandzed) wrote,
nandzed
nandzed

Categories:

К годовщине обретения плода Вирупой

В отношении любого существа можно практиковать сострадание, размышляя об участи, на которую оно обречено. ...Есть, например, одна ранняя традиция в рамках Ламдрэ, которая носит название Гав-ма. Возникновение этой традиции связано с практикующим, основной темой медитации которого были собаки и который во время своих медитаций непрерывно лаял, как пёс. Это был большой мастер обмена себя на других, и когда он медитировал о собаках, то и сам себя тоже ощущал собакой. И единственным словом, которое он мог использовать, было слово «гав». Что бы он ни чувствовал – злость, голод или что-то иное, – он мог выразить это лишь лаем. Вы представляете, насколько мучительно не иметь возможности произнести ничего другого? (Лама говорит об этом человеке как о мужчине, но, насколько можно судить, в действительности речь идёт об одной из учениц Сачена Кунги Ньингпо. – прим. пер.) Говорится, что в теле присутствуют определённые элементы и каналы с соответствующими им слогами, которые связаны с рождением в форме пса. Однако если мы достигаем в ходе медитации такого глубокого уровня сопереживания, то в результате этого физиологические факторы, ответственные за рождение в теле собаки и других неблагоприятных телах, полностью истощаются. Иными словами, чем больше мы медитируем на сострадании, тем меньше вероятность того, что мы сами в будущем станем обладателями подобного тела.

Медитация на любящей доброте может настолько приблизить к нам страдания других существ, что мы начнём переживать их как свои собственные.

...Разотождествившись со своим телом, мы даём возможность уму его контролировать, и тело становится для нас просто средством передвижения – как машина или велосипед.

...Во время медитации у нас могут возникать болевые ощущения. Эти ощущения мы склонны сильно преувеличивать. Мы начинаем думать: «Ой-ой-ой, какую ужасную боль я испытываю! О, бедное моё тело!» И мы позволяем себе так переживать по этому поводу, как будто у нас чрезвычайно страдает весь организм от макушки до пяток (хотя реально, как правило, болят только колени – а вернее, отдельные их места). Но если мы спокойно понаблюдаем за болью, то увидим, что она приходит и уходит, возникает и исчезает. Ведь всё, что имеет начало, имеет и конец! Просто наш ум, в силу своей нетренированности, отталкивает ощущение боли, ему становится трудно уйти, и оно тянется дольше, чем для него естественно. Но стоит нам принять эту боль как данность, и она сразу же ослабевает. Тут всего-то и нужно, чтобы мы перестали её преувеличивать и увидели такой, какая она есть! И то же самое с эмоциями.

...В конечном итоге, однажды мы приходим к плоду. Это состояние ещё называют Махамудрой плода. Все наши мысли здесь приходят к своему концу. И ни один язык, каким бы выразительным он ни был, не способен выразить этого состояния. Не стоит даже пытаться его описывать. Оно не является ни знанием, ни объектом познания. Оно непередаваемо. Оно так глубоко, что невозможно обнаружить его границ. Оно вечно. Оно подобно небу. И оно знает само себя. В действительности, просветлённые не ощущают себя всеведущими – потому что для них нет ничего, что можно было бы познавать. Если человек знает себя, то он реализует себя; а достигнув реализации, он обнаруживает, что любое познание – это на самом деле самопознание. Поэтому просветлённый не отличает себя от мира, а мир от себя. У него нет ощущения, что он всё в этом мире знает или что какие-то люди ждут не дождутся, когда он захочет учить. Ничто не воспринимается им, но и ничто не исходит от него наружу. Его сознание пребывает в таковости – и однако оно подвижно: может играть, может проявить, что захочет. И при этом оно не сужается, не расширяется – оно как пространство. Ведь если мы разобьём бутылку или разрушим здание, то пространство вселенной от этого не увеличится и не уменьшится – просто исчезнет одна из границ, которыми вещи отделяются друг от друга. То же самое и с сознанием. И уже нельзя сказать, что есть просветлённый, а есть несчастные существа, мечтающие о том, чтобы он снизошёл к ним и вытащил их из того болота, в которое они влипли. Поскольку в уме просветлённого нет разделения на себя и других, то никаких объектов спасения для него больше не существует. И тем не менее, у него сохраняется возможность мыслить на относительном уровне и иметь относительное знание о других. Поэтому он может проявлять себя очень по-разному. Но если проявление абсолютного существа приходит в мир и помогает другим достичь просветления, то этим оно нисколько не увеличивает всеведения просветлённых, поскольку на уровне абсолютной истины всякий индивидуальный поток ума является лишь частью единого совокупного потока, и если он временно отделяется от него, то только в результате каких-то собственных махинаций. Поразмышляйте над этим. Таким образом вы сможете получить некоторое представление об уме просветлённого.

Если практикующий достаточно опытен, то глубоко погрузившись в самосозерцание, он может на короткое время ощутить нечто очень близкое к состоянию просветления. С помощью некоторых техник это переживание можно продлить – и подойти к достижению настолько близко, чтобы все чувства замерли, и даже ощущения боли и холода оставили ум. На самом деле, одна из наших главных проблем – это то, что мы слишком много воспринимаем. А просветление – это отсутствие восприятия. И очень важно понять, что сияние просветления не озарит нас, пока мы не перестанем ослеплять себя восприятием различных объектов.

Послушайте эти слова Гандавьюха-сутры:

Это обитель тех, кто пребывает в пустоте, беззнаковости и отсутствии желаний.

Это обитель тех, кто пребывает в неразличении дхарм.

Это обитель тех, кто пребывает в равностности Дхармадхату.

Это обитель тех, кому ничто не служит опорой…

Лама Чодак Юток, "Ламдрэ: Заря просветления"

На данном изображении может находиться: 1 человек, улыбается
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments